Время реформ

Сегодня многие страны нуждаются в грамотном проведении реформ, научной основе проводимых изменений и квалифицированном отношении к происходящим процессам. К числу стран, в то или иное время на протяжении примерно последних сорока лет осуществивших такие преобразования, можно отнести Гонконг, Чили, Новую Зеландию, Аргентину и Эстонию. 

Опытом «первопроходцев» воспользовались многие страны «переходной экономики» Восточной Европы и бывшего СССР.

И наиболее ярким примером этого заимствования стала Польша. Чуть больше двадцати лет назад в Польше было сформировано первое в регионе некоммунистическое правительство Тадеуша Мазовецкого, министром финансов в котором, стал Лешек Бальцерович. 

Это сегодня Лешек Бальцерович известный экономист, которого по праву называют идеологом экономических реформ в Польше, к мнению которого прислушиваются. А тогда фамилия Бальцеровича мало что кому говорила. Занимая с 1989 по 1991 год должность вице-премьера и министра финансов Польши, Бальцерович предложил план быстрого реформирования экономики, который получил название «шоковая терапия».

17 декабря 1989 года Лешек Бальцерович, тогдашний министр финансов и вице-премьер в правительстве Тадеуша Мазовецкого, обнародовал 11 законопроектов, ставших основой последовательного плана экономических преобразований. 

План включал в себя приватизацию части государственных предприятий и их частичную реструктуризацию, урезание дотаций на продовольствие, квартиры, угольную промышленность и т.д., подавление инфляции с помощью повышения процентных ставок, свободно конвертируемый злотый, реформу налоговой системы и введение индексации роста зарплат, а также налога на сверхнормативный рост зарплаты на государственных предприятиях, либерализацию внешней торговли и создание свободного рынка. Стоит отметить, что в том плане не нашлось места для элементов социальной политики. Поэтому утверждать, что реформы проведенные Бальцеровичем осчастливили всех поляков было бы неправильно. 

В Польше до сих пор немало людей, считающих план Бальцеровича авантюрой, а его социальные последствия ужасающими. Эти реформы останавливались лишь тогда, когда реформаторам мешали политики, опасавшиеся, что какое-то новое серьезное преобразование отнимет у них голоса избирателей. Тем не менее, мы можем констатировать, что польские реформы изменили структуру экономической жизни общества. 

Что получили поляки благодаря непростым годам реформ? Во-первых, экономику, становящуюся современной. Во-вторых, общество, которое не может стать контролируемым в случае если к власти прорвется горстка авантюристов. В-третьих, шанс для молодого поколения, которое хоть и не всегда может найти работу в Польше, но благодаря членству в ЕС граждане страны могут легально, на равных искать и находить работу по всей Европе. И эти возможности с каждым годом увеличиваются. 

Впрочем, каждая страна идет своим путем. Польше путь реформ определил Бальцерович. В России революционные экономические преобразования были начаты Егором Гайдаром, и об их результатах говорить пока сложно.

Среди стран СНГ лидером в реформах, безусловно, является Казахстан. Он первым из стран бывшего СССР начал проведение пенсионной реформы, системы образования, ЖКХ. Особенно болезненно население восприняло повышение пенсионного возраста сразу на 3 года. Теперь женщины в Казахстане выходят на пенсию в 58 лет, а мужчины в 63 года. Однако, это изменение позволило решить проблему с наполнением Пенсионного фонда, который постоянно испытывал нехватку средств (в Украине та же прпоблема). Сегодня пенсии в Казахстане в несколько раз выше чем было в начале проведения реформы. Кроме того, в рамках программы экономии на управленческих расходах и госаппарате, в республике было уменьшено число областей.

Украина, с именем которой в 1991-1993 годах связывались особые надежды в смысле глубины и скорости экономических преобразований, в настоящее время серьезно отстает от большинства стран Восточной Европы, Прибалтики, а в ряде аспектов - и от ряда стран СНГ. Ответ на вопрос «Кто виноват?» лежит на поверхности. Вместо решения экономических вопросов, использования для развития страны огромного промышленного, научного, материального потенциала доставшегося в наследство нашей стране после распада СССР украинские политики во главу угла поставили идеологическую составляющую. Забыв при этом, что именно «бытие определяет сознание». Переход к рыночной экономике заключался исключительно в продаже государственных предприятий под предлогом нахождения эффективного собственника. При этом зачастую новые владельцы рассматривали приобретенное предприятие исключительно в качестве металлолома. 

Следует отметить и еще одну особенность ведения бизнеса «по-украински». Правила игры на рынке не были одинаковыми для всех. Налоговые, таможенные льготы имели лишь те, кто был вхож во власть. Вместо налаживания эффективного производства, менеджмента, внедрения инновационных и энергосберегающих технологий большой бизнес обеспечивал конкурентоспособность своей продукции путем исключения из своих затрат части обязательных платежей в бюджет государства. 

Таким образом, по состоянию на сегодняшний день Украина так же остро нуждается в реформах, как и в начале 90-х, когда страна обрела независимость. Вернее, даже не так: Украина сегодня нуждается в реформах гораздо сильнее, поскольку с момента обретения независимости государство ни на йоту не продвинулось в данном направлении. А время неумолимо бежит вперед, и страны, которые в 90-е годы находились даже в худших стартовых условиях, чем Украина, настолько продвинулись вперед на пути реформирования, что для сокращения этого отрыва нам необходимо совершать не шаги, а гигантские прыжки.

Сегодня Украина в начале сложного пути. Но, как известно, дорогу осилит идущий. Есть надежда, что реформы удастся реализовать. Ведь впервые за все годы независимости и Президент Украины, и Правительство, и Верховная Рада начали работать как единый, слаженный механизм. 

Реформы, безусловно, будут непопулярными. По-другому и быть не может: ведь ни одно действие руководства страны не может быть одобрено всеми без исключения ее гражданами - всегда найдутся те, кто останется недовольным тем или иным решением. Яркий пример такой неоднозначной оценки действий политического руководства страны со стороны граждан - отношение британцев к Маргарет Тетчер, которая возглавляла правительство страны с 1979 по 1990 год. Действия «железной леди» на посту главы Кабинета вызывали настолько неоднозначную реакцию, что и сейчас, по прошествии 20 лет после ее ухода с должности премьер-министра, оценки ее действий подчас диаметрально противоположны. По словам уроженца небольшого городка неподалеку от Манчестера, с которым удалось побеседовать автору этих строк, отец данного подданного Ее Величества очень уважительно отзывается о действиях Маргарет Тетчер, в то время как мать буквально готова плюнуть в лицо бывшему премьер-министру, представься ей такая возможность.

Сегодня пришло время реформ. Именно поэтому руководство Украинского государства, встав на путь реформ, должно неуклонно следовать к поставленной цели намеченным курсом, не давая слабину под потоком критики, в коей недостатка не будет. Следовать курсом реформ необходимо даже в том случае, если это будет грозить падением рейтингов Партии регионов, которая сегодня олицетворяет власть и, по сути, является партией власти. Хочется верить, что Президент и Правительство готовы пройти этот нелегкий путь. Перефразируя классика политологии и социологии, можно сказать о том, что путь реформ может пройти лишь тот, кто уверен, что он не дрогнет, если, с его точки зрения, мир окажется слишком глуп или слишком подл для того, что он хочет ему предложить; лишь тот, кто вопреки всему способен сказать «и все-таки!»...

Александр Галицкий